Возьмите такси в Сан-Паулу сегодня, и вы погрузитесь в сводящий с ума трафик и неопрятные улицы столицы развивающейся страны. Но, когда придет время платить за поездку, вы можете почувствовать, что находитесь в Бостоне, Люксембурге или Цюрихе: стоимость бразильского реала, как и валют многих стран с формирующимися рынками, высока - и может еще вырасти. Как говорил один видный политический деятель США, сильные валюты делают сильные страны. Многие экспортеры развивающихся стран, пытаясь удержать клиентов в неустойчивых рынках США и Европы, думают иначе. На протяжении десятилетий развивающиеся страны мечтали о нирване заоблачных товарных цен и международных процентных ставок на предельно низком уровне. Но, возможно, министры финансов в Лиме, Боготе, Претории или Джакарте должны были быть более осторожными в своих желаниях. В чем проблема? Во вторжении краткосрочных потоков капитала, спасающегося бегством из развитых стран с медленным ростом и низкими процентными ставками. На встрече в Калгари в прошлом месяце Межамериканский банк развития сообщил, что в 2010 году в семь самых больших экономик Латинской Америки переместилось 266 млрд. долларов США, по сравнению с менее чем 50 млрд. долларов США в год в среднем в период между 2000 и 2005 годами. И в то время как "горячие деньги", которые готовы уйти в любой момент, составляли от притока 2006 года только 37%, в прошлом году такой приток составил 69% от общей суммы. Итак, что же происходит? Развивающиеся страны в Латинской Америке, Восточной Азии, Восточной Европе и Африке являются невинными свидетелями драки между США и Китаем относительно валют и торгового дисбаланса. И свидетели поглощают некоторые самые тяжелые удары. Уже на протяжении десяти лет мировая экономика страдает от огромных глобальных дисбалансов: массивных внешних профицитов в таких странах, как Китай, Япония, Германия, Швейцария, и производителей нефти, которым соответствует столь же большой внешний дефицит в США, Великобритании, Испани, и других странах. Дисбалансы временно уменьшились, по мере того как глобальный финансовый кризис привел к падению частного спроса в США, Великобритании и других странах. Но начиная с 2010 года дисбаланс восстановился, и, в соответствии с недавно выпущенными "Перспективами развития мировой экономики" МВФ, он не сократится до 2016 года. Коммюнике "Большой двадцатки" неоднократно обещали обеспечить "корректировку" и "перебалансировку" в мировой экономике, но эти обещания ни к чему не привели. Тем не менее, проблемные финансовые системы и огромный дефицит бюджета сдерживают дефицитные западные страны (особенно США) от расширения внутреннего спроса. И нежелание уйти от экспортно-ориентированного роста оказывает такое же влияние на восточные страны с положительным сальдо (особенно Китай). В результате развивающиеся страны, в соответствии с МВФ, были вынуждены нести "непропорциональное бремя восстановления равновесия спроса со времени начала кризиса". Страны, поддерживающие профицит, накапливают огромные запасы иностранных активов, и эти ресурсы нужно куда-то инвестировать. До кризиса значительное количество этих денег инвестировалось в американскую, испанскую и ирландскую недвижимость. Сегодня этот рынок мертв, и деньги должны уйти в другое место. Европа, охваченная огромным банковским и долговым кризисом, не является привлекательной, и мягкая денежно-кредитная политика в США привела там к ультранизкой доходности облигаций. В результате многие развивающиеся страны с их более высокими процентными ставками и многообещающими перспективами роста стали для инвесторов неотразимо привлекательными. После недавних событий в Тунисе, Египте и Ливии аналитики Уолл-стрит становятся менее оптимистичными относительно политической стабильности в развивающихся странах. И ровные результаты фондовых рынков в 2011 году в некоторых странах Латинской Америки и Азии - после огромного роста в 2010 году - несколько уменьшили блеск от причуд инвестиций развивающихся рынков. Но деньги продолжают прибывать. Это долларовое вторжение делает макроэкономическое управление в развивающихся странах еще более сложным, чем обычно. Если ожидается, что высокие товарные цены сохранятся, то некоторое укрепление валюты желательно и неизбежно. Но тонкая грань отделяет упорядоченную корректировку к изменившимся условиям рынка от чрезмерной реакции рынков. И здравомыслящие люди во многих столицах развивающихся стран задаются вопросом: пересекли ли мы эту линию? Потеря конкурентоспособности экспорта в результате чрезмерно сильной валюты - не единственная проблема. Массивный приток капитала и ранее вызвал пузыри недвижимости и фондового рынка в США и странах Европы. Сегодня некоторые политики в Латинской Америке, обеспокоенные, что это может случиться и с их странами, ищут политические инструменты, чтобы это предотвратить. В результате политика Федеральной резервной системы США так называемого "количественного послабления" переходит на юг, где она принимает форму интервенций иностранной валюты. Если центральные банки богатых стран могут покупать долгосрочные облигации, то центральные банки развивающихся стран могут покупать долларовые облигации. Даже страны, которые практикуют таргетирование инфляции и в противном случае обещают сделать свои обменные курсы плавающими - например, Бразилия, Колумбия, Перу и Чили, - сделали это, и в больших количествах. Следует ожидать, что макропруденциальная политика также пойдет на юг - и она будет пересматриваться в этом процессе. Если покупка долларов не достаточна для остановки прилива удорожания, регулирующие органы в странах с развивающейся экономикой будут возводить ряд других барьеров на пути денег. Ни одна из этих политик не обходится без издержек. Они являются вторым лучшим местным политическим ответом на неэффективный механизм международного регулирования (или нерегулирования). Лучшая система для восстановления равновесия в мировой экономике является столь же необходимой, как и маловероятной. Все, что мы можем ожидать, - это следующее коммюнике "Большой двадцатки". Перевод с английского Николая Ждановича * * * Материал публикуется в рамках сотрудничества газеты "Зеркало" и Project Syndicate /Institute of Human Sciences/ www.project-syndicate.org.